ИЗУЧЕНИЕ КРОВИ

Кровеносные сосуды и сердце  лишь инстру­менты, средства, при помощи которых происходит пере­мещение крови, необходимое для доставки кислорода и других жизненно важных элементов туда, где в них имеется потребность. Кровь тоже является одной из частей человеческого организма, изучение которой, безусловно, еще не закончено, хотя чего только с начала XX века не было обнаружено в этом красном соке!

Возможность подсчета кровяных телец доказал еще в 50-х годах прошлого века Карл Фирордт. Было определе­но, что у нормального человека в одном кубическом миллиметре крови содержится пять миллионов красных и примерно шесть тысяч или несколько более белых кровяных телец. Зная, что в человеке приблизительно пять литров крови, высчитали сумму красных кровяных телец, ее с трудом можно себе представить. В красных кровяных тельцах главной составной частью является красящее вещество — гемоглобин.

Белые кровяные тельца, как обнаружил Пауль Эрлих, следует разделить на лимфоциты и лейкоциты. Лимфоциты, составляющие примерно 20% белых кровя­ных телец, происходят из лимфатических органов, лейко­циты (примерно 75%) из костного мозга. К этому следу­ет добавить моноциты, составляющие около 5%.

Содержащиеся в столь большом количестве в крови лейкоциты выполняют в организме, как открыл И. И. Мечников, роль санитарной полиции: под микро­скопом видно, как лейкоциты бросаются на проникшие в организм чужеродные тела, например, на частицы туши, на крохотную щепочку, на пыль или на бактерии, как окружают они эти тела, вбирают их в себя, проглатыва­ют и переваривают или же растворяют, превращают в гной, освобождая, таким образом, организм от его врагов!

Мечников назвал их поэтому фагоцитами — пожирающи­ми клетками.

В конце XIX века очень много занимались изучением крови — как самих кровяных телец, так и той жидкости, в которой они плавают. Начинали подозревать, что здесь скрываются тайны, заслуживающие того, чтобы (над их раскрытием потрудились лучшие умы.

В венском институте, руководимом патологом и ана­томом Вейксельбаумом, работал в то время высокий, крупный черноволосый мужчина, серьезность которого обращала на себя внимание всех студентов, — австриец Карл Ландштейнер. Перед патологами стояло тогда еще много нерешенных вопросов, возникших в результате открытия Эмилем Берингом (1890) дифтерийной сыво­ротки. При помощи опытов и микроскопа в лабораториях и кабинетах ученые старались напасть на след тайн крови.

Участвуя в этих опытах и исследованиях, Ландштей­нер открыл, что не у всех людей свойства крови одина­ковы, что имеются различные группы ее. То, что кровь человека отличается от крови животного, было уже об­наружено при помощи микроскопа. Опыт показывал так­же, что попытки переливания крови, начавшиеся еще сотни лет назад, чаще приносят вред, чем пользу. Сначала для этого пользовались кровью ягнят, иногда кровью телят, но неудачи были столь явными, что прихо­дилось предостерегать врачей от использования крови животных для переливания человеку.

Мысль о вливании новой крови человеку, умирающему от потери ее, возникла еще в древности, но лишь откры­тие Гарвеем кровообращения показало, что эта идея осуществима. Чтобы убедиться в том, можно ли действи­тельно произвести переливание крови, было сделано мно­го опытов на животных. Когда некоторые из этих опытов удались, Жан Дени решился 15 июня 1667 г. на первое переливание крови от человека человеку. Первым реци­пиентом был пятнадцатилетний юноша, страдавший лихорадочным заболеванием, которому поэтому по тогдашнему обычаю раз двадцать пускали кровь из вены. От этого ему, естественно, становилось все хуже и хуже и, наконец, состояние его стало совсем плохим. Дени ввел ему в вену серебряную трубку и влил через нее примерно четверть литра донорской крови. Результат был хорощим, и Дени произвел переливание крови еще двум больным. Такое лечение вызвало в Париже огромную сенсацию. Врачи разделились на два лагеря, — одни восторгались Дени, другие с неменьшим пылом бранили его. Король был за Дени, факультет против него. Обратились к суду, который вынес решение, что перели­вание крови может производиться только с согласия факультета, т. е. практически больше производиться не могло. В Англии также обнаружили большой интерес к переливанию крови, в особенности после того как одному душевнобольному впрыснули кровь ягненка, чтобы сде­лать его более послушным. Однако после парижского запрета к идее переливания крови стали относиться сдержанно, так как никто уже не осмеливался предпри­нять чего-либо, решительно отклоненного парижским факультетом.

Были и другие причины, заставившие выступать против переливания крови. Доктор Эттенмюллер в своей книге, вышедшей в свет в 1682 г., заявлял, что перели­вание крови чревато опасностями ввиду-различия крови. Разумной была также мысль, высказанная примерно в то же время Абрахамом Мерклиусом, считавшим, что переливание крови от животного человеку следует отверг­нуть. О переливании же крови от человека к человеку тогда было известно еще слишком мало.

Затем .идея лечения переливания крови снова была предана забвению. Лишь Христиан В. Гуфеланд — врач, писавший о макробиотике, т. е. об искусстве удлинять жизнь, вспомнил в начале XIX века об этом методе. Позднее научно обосновать переливание крови пытался Иоганнес Мюллер, однако на первых порах безуспешно.

В 1874 г. физиолог Леонар Ландуа обнаружил, что сыворотка крови животного вредит чужеродной крови, тем самым и крови человека, по той причине, что в чу­жеродном теле склеивает или растворяет красные кровя­ные тельца. Карл Ландштейнер, заинтересовавшийся скучиванием и склеиванием (ему было дано научное название агглютинации), происходящими в крови челове­ка при переливании ему кровяной сыворотки животного, а часто и другого человека, пришел в конце концов к следующему выводу: кровь людей неодинакова, имеются четыре типа, или четыре группы, крови. Открытие это было сделано в 1901 г. Оно заложило основу для научной организации переливания крови, которое в свою очередь стало основой современной хирургии. Значение открытия Ландштейнера оценили поздно: лишь в 1930 г. он полу­чил нобелевскую премию.

Первые опыты Ландштейнер произвел на 22 людях, у которых он обнаружил кровь трех типов. По этим ти­пам он разделил обследуемых на три группы. Четвертого типа случайно не оказалось ни у одного из 22 человек; его Ландштейнер обнаружил позднее, эти четыре типа или группы обозначают 0, А, В (бэ), АВ. Ландштейнер выявил, что красные кровяные тельца человека снабже­ны различными антигенными субстанциями, которые на­зывают А и В. Эти субстанции вызывают у другого вида животного или у человека с кровью другого типа склеи­вание красных кровяных телец или же их растворение, — они враги чужой крови. Ввиду их свойства склеивать, агглютинировать кровяные тельца человека их называют изоагглютининами.

Итак, кровь обладает склеивающим или агглютини­рующим свойством — кровь А или В, либо тем и другим вместе — такую кровь относят к группе АВ, либо ни тем, ни другим, — такую кровь относят к нулевой группе. Вместе с тем в крови имеются вещества, препятствующие агглютинации, — так называемые антиагглютинины, ко­торые обозначают анти-А или греческой буквой а (аль­фа) и анти-В или греческой буквой $ (бета). Таким образом, кровяные тельца крови, относящейся к груп­пе 0, не имеют агглютинирующих свойств, но в этой крови содержатся антиагглютинины А и В. Группа кро­ви А обладает агглютинирующим свойством А и анти-В. Группа крови В обладает агглютинирующим свойством В к анти-А.

Разделение крови на группы приобрело значение в связи с применением метода переливания крови: в тело человека можно вводить кровь лишь одноименной груп­пы, иначе произойдет склеивание кровяных телец, при­водящее к тяжелым последствиям. Попутно следует за­метить, что определение группы крови играет роль и на судебных процессах при определении отцовства.

История изучения групп крови, помимо всего прочего, показывает, как трудно и долго еще и в наше время пробивают себе путь крупнейшие открытия. Объясняется это неспособностью людей почувствовать, какой из вновь открытых путей обещает привести к величайшим результатам, или же тем, что специалисты предпочитают окружать себя посредственностями? Во всяком случае Ландштейнеру, как и многим другим, пришлось долго ждать, пока его открытие не было, наконец, понято. Лишь в первую мировую войну, когда тысячи солдат теряли большие количества крови, вновь встала пробле­ма вливания чужой крови. Но кто же мог решиться на переливание крови, зная, как редко оно помогает и как часто ухудшает состояние больного? Только тогда вспом­нили о работах Ландштейнера, который сам подчеркивал значение их для переливания крови. И с тех пор для всего мира стало ясно огромное значение открытия групп крови.

Помимо способности агглютинировать есть еще и другие характерные признаки человеческой крови, ко­торые также имеют значение как при выборе донорской крови при переливании, так и при определении отцов­ства. В 1940 г. Ландштейнер вместе с Винером открыл так называемый «резус-фактор». Если этот фактор у матери и ребенка не совпадает, то ребенку в чреве матери гро­зит опасность, так как у него может произойти «распад крови, выражающийся в кровоизлияниях и желтухе новорожденных и часто приводящий к смерти. Ландш­тейнер открыл это свойство крови, смешав кровь кролика с кровью обезьяны резус, и дал ему указанное название. Фактор этот обнаруживается у 85% белого населения, но у 15% его нет, что может быть причиной серьезных осложнений при беременности. Речь идет здесь не о ка­ком-либо отдельном свойстве крови, а о целой группе их.

Открытие резус-фактора, сделанное совсем недавно, свидетельствует о том, как много еще тайн скрыто- в че­ловеческом теле. Естественно, тайн больше и они слож­нее при патологическом состоянии организма.

Успехи хирургии заставили вновь заняться изучением свертываемости крови — одной из старейших проблем гематологии. Хирургу иногда необходимо для остановки кровотечений, чтобы кровь обладала ускоренной сверты­ваемостью, иногда же .наоборот, для предотвращения образования кровяных сгустков (тромбов) и проникно­вения их в сердце, легкие и головной мозг, т. е. весьма опасного явления — эмболии, — необходимо замедленное свертывание.

Еще в древности было ясно, что свертывание кро­ви — защитное свойство, предохраняющее человека или животное при повреждении кровеносного сосуда от поте­ри крови. Быть может, еще в давние времена были обнаружены люди, кровяная плазма которых не облада­ла этим свойством (гемофилия), вследствие чего их по­стигла трагическая судьба. Вильям Юсон (1739—1774) был одним из первых, исследовавших экспериментальным путем свойства крови, в том числе и свертываемость. Несколько позднее Парментье и Дейе сообщили о своем предположении, что свертывающим веществом крови является фибрин. Когда были предприняты первые пере­ливания крови, которые, правда, постигла неудача, так как о группах крови ничего еще не было известно, про­блема свертывания крови приобрела особо важное зна­чение.

Что такое фибрин? Если выпустить из вены, напри­мер, при обычном кровопускании, кровь и наполнить ею таз, то очень скоро она превратится в студнеобразную массу, напоминающую желатин, — в кровяной сгусток. Это и есть свертывание крови. При описываемом процес­се находящееся в плазме вещество — растворенный в ней фибриноген, становится нерастворимым и превращается в твердый фибрин, — в сеть тонких нитей, в отверстиях которой застревают кровяные тельца. Преобразование фибриногена в фибрин осуществляется при помощи фибринозного фермента тромбина, который вначале пас­сивно перемещается в крови, находясь в своей предва­рительной стадии, т. е. будучи так называемым протром­бином. Не вполне ясно, где он возникает. Вероятно, в его возникновении играет роль печень и витамин К, о котором уже было сказано, что это витамин свертыва­ния крови. До тех пор, пока в трубчатой системе крове­носных сосудов нет поврежденного участка, протромбин циркулирует в кровеносном русле. Но как только стенка сосуда где-нибудь поранена или как-нибудь еще повреж­дена, протромбин немедленно превращается в тромбин, чему способствуют растворенные в крови известковые соли. На роль известковых солей в процессе свертывания указал в конце девяностых годов XIX века Морис Артю (Лион). Кроме того, в этом процессе участвуют и кровяные пластинки, которые обнаруживаются в довольно большом Количестве — несколько сотен тысяч в одном кубическом миллиметре среди твердых составных частей крови. Помимо красных и белых телец, Джулио Биццоцеро открыл в 1880 г., что они участвуют в образовании тромбов — сгустков крови. Причина, по которой их так долго не замечали, понятна: они лишены цвета и ядра, значительно меньше красных кровяных телец и очень легко распадаются.

Благодаря их распаду или же распаду других клеток в поврежденном месте кровеносных сосудов освобож­дается (или образуется заново) вещество, называемое тромбокиназой. Вот она-то с помощью известковых солей и превращает протромбин в тромбин, под действием ко­торого фибриноген становится фибрином — веществом, вызывающим свертывание крови. Так, в общих чертах, происходит сложный процесс свертывания крови, при нормальных обстоятельствах протекающей лишь не­сколько минут, процесс, заслуживающий быть названным шедевром жизненной химии.

Похожие материалы:

Физиогномика

Строение тела и характер 

Изучение мозга

Иван Петрович Павлов


   
© Медицинские науки. Перепечатка материалов сайта без действующей обратной ссылки запрещена!